Внимание! Актуальную информацию о продукции и услугах смотрите на нашем новом сайте mebelkapital.ru

Каталог мебели

#

«Мебельный мир» Андрея Козлова: газеты, заводы, вертолеты и 100-процентыне результаты

Интервью с генеральным директором компании «Евро-Офис-2000».

 

Уральский мебельный рынок – живет какой-то своей жизнью. Его мало касаются мировые кризисы, он плохо поддается статистике, здесь нет звездных имен, а от названий мебельных фирм иногда на расстоянии «пахнет» опилками… Но всем хватает места чтобы «пилить» и зарабатывать. После разговора с гендиректором и собственником компании «Евро-Офис-2000» Андреем Козловым, лично для меня, формат мебельного рынка стал выглядеть как-то по-другому – думаю, что каждый из читателей сам сложит свое мнение на этот счет. Предлагаем вам откровенный рассказ о жизни одного мебельного человека и двух мебельных брендов – о конкуренции с федералами, преимуществах ИСО, заводах, газетах и вертолетах, походах во власть и немного – о секрете успеха.\

 

Китайские стульчики для «Кенгуренка»

 

-   Читаешь в последнее время статьи по мебельному рынку, и какие-то пессимистические настроения чувствуются. Мебельных брендов своих у нас нет. Скоро придут федеральные и иностранные компании, и вообще в Екатеринбурге никого не останется, свой мебельный рынок в регионе не развит. Разделяете такую точку зрения?

- В моем понимании, для мебельного рынка вообще все складывается очень замечательно. Тот, кто чего-то в этой жизни хочет, стремится и добивается, тот и получает результаты. А что касается отсутствия мебельных брендов… Тут мне понравился комментарий одного из наших экспертов. Он говорит, а вы найдите хоть один мировой мебельный бренд. Такая у нас специфика рынка, брендов как таковых нет. Например, IKEA – это не мебельный бренд, это огромная махина по производству товаров для дома. Когда IKEA приходила к нам 2 года назад, я долго не понимал, к чему весь этот шум о том, что местные мебельщики немедленно умрут. Это чушь собачья! Мы видели до этого IKEA в Москве, в Европе. Вы видели IKEA-вскую мебель? У них мебели-то как таковой нет, есть всякие полотенца, ложечки, шарфики, вилочки. А мебель-то там никакая. Ну, может, это мебель для молодых семей, которую покупают для съемных квартир. Купил за 3 тысячи, а потом выкинул, когда на новую квартиру переехал. Может, еще для гастарбайтеров. Эта мебель очень дешевая, маленькая, непонятная. Уж про офисную мебель там вообще говорить нечего. О какой конкуренции может быть речь? Поэтому, я лично на тему IKEA никогда не вздрагивал. Опять же все очень долго переживали на тему китайцев. Мы же с ними давно общаемся, дружим, например, экспортируем красивые детские китайские стульчики. У нас есть целый каталог китайских товаров. Здесь есть своя специфика. По моему мнению, тех, кто торгует красивой дорогой итальянской мебелью, китайцы скоро «заколбасят». В прайсах у китайцев все тоже самое, только в 5 раз дешевле. Что же касается недорогой «оперативки», например, в сегменте детской мебели, то они при всем желании нас не победят по ценам. Все равно существуют таможня, транспортные расходы. Даже при вступлении России в ВТО таможенные пошлины хоть и уменьшатся, но останутся. Поэтому мы всегда будем выигрывать на недорогой, качественной мебели. Допустим, стоит рабочий столик 900 рублей. Даже «жителю Поднебесной» не удастся напилить и привезти этот столик дешевле. Что же касается сильных федеральных брендов, то куда они придут? Они все здесь есть. «Феликс» здесь, «Дефо» здесь, «Камбио» здесь. Все сильные московские компании здесь, и мы как-то с ними уживаемся, места хватает всем. У них тоже, надо понимать, существуют транспортная составляющая, расходы на покупки и аренду площадей. И у них не все так просто как кажется.\

 

-  И все-таки вернемся к волнующей всех в последнее время и модной теме брендов… IKEA – сильный бренд в сфере товаров для дома и, частично, мебели. Мировой успех этой компании зависит от имени. Имеет ли смысл создавать сильные местные мебельные бренды, чтобы чувствовать себя уверенно на рынке?

- С тем, что у нас отсутствуют местные бренды и это плохо, я в какой-то мере согласен. Считаю, что мы в рамках компании «ЕВРО-ОФИС-2000» как раз пошли по пути создания собственных брендов. Два года назад у нас появилась идея развивать зонтичные бренды. Например, есть торговая марка – «Кенгуренок Крошка.Ру». Не побоюсь сказать, что это уже реально известный федеральный бренд. Сегодня у него практически 100-процентная узнаваемость в любом российском детском садике. Спросив у заведующей, какую детскую мебель она знает, в 90-процентах случаев, ответ будет – «Кенгуренок Крошка.Ру». Потому что уже более двух лет во всех профессиональных СМИ, справочниках руководителей дошкольных учреждений мы размещаем рекламу. И вот первый шаг сделан – продукт стал узнаваемым, сейчас мы налаживаем сеть посредников, дилеров, чтобы в любом садике, даже в Комсомольске-на-Амуре можно было купить нашу мебель.

 

Это первый шаг. Следующий шаг, по тому же принципу - создание серии гостиничной мебели. Уже зарегистрирована торговая марка гостиничной мебели «ОТЕЛЬЕР». 

 

- Почему такое название?

- Отельер, мебельер, модельер, - это человек – специалист, профессионально разбирающийся в чем-либо. Мы подали на регистрацию товарного знака и уже прошли автоматизированный поиск. Вроде все нормально. Я думаю, что мы зарегистрируем новую торговую марку по аналогии с «Кенгуренком». У нас уже полным ходом идет разработка серий гостиничной мебели различного класса. Мы сейчас как раз согласовываем вопрос сотрудничества с другими фабриками, чтобы в более дорогом ценовом диапазоне предлагать клиентам хорошую, качественную мебель. Например, гостиничную мебель из натурального шпона будем заказывать у них, а среднего класса производить сами.

 

- То есть, вы планируете что «Кенгуренок» и «Отельер» станут сильными федеральными брендами?

-  Да, мы идем именно в этом направлении. В России, опять же, что можно назвать мебельным брендом? Только «Шатуру» с ее мебелью для дома. Они известны, работают по франшизе и довольно неплохо закрепились в стране. Сейчас в последнее время стало слышно «Дятьково». У них начальник отдела продаж проводил здесь тренинг, у меня сотрудники ходили послушать. Но при этом, можно взять нашего конкурента и партнера – московскую сеть «Феликс».  Кто из обывателей и простых потребителей его знает? Его знают скорее профессиональные люди, кто связан с офисной мебелью, ну еще, может быть, те, кто отвечает за приобретение мебели в организациях. А если спросить у обывателя, какие серии офисной мебели вы знаете? Есть вроде и «Юнитекс», «Соло» и «Камбио». У нас есть много мощных федеральных фирм и диллеров, с серьезным оборудованием, большими штатами дизайнеров. Они разрабатывают интересные модели, но, может быть, пока не созрели до ярко выраженного брендинга.

 

«Почему у мебельщиков нет войнушек»

 

- То есть, получается, екатеринбургский мебельный рынок есть, о нем никто ничего не слышит, он окутан ореолом таинственности…

- Есть огромное количество уральских производителей офисной мебели, у которых обороты сопоставимы с продуктовым ритейлом. Мы можем на раз, два, три поспорить, у кого больше суммы оборотов. Причем, может быть, у нас есть даже преимущество в какой-то более интересной марже. Но эта информация, которой владеет определенное сообщество. Да, мы знаем этих мощных ребят – федеральных мебельщиков, с которыми мы конкурируем. Их знает какая-то профессиональная каста снабженцев или людей, которые отвечают на предприятиях за организацию тендеров. Но выраженного брендинга, каких-то обращений к конечному потребителю, их нет и в ближайшее время, думаю, не будет. Это слишком затратно. Проще ориентироваться на узкий круг профессионалов, которые ориентируются в рынке, чем шуметь по всей стране, в федеральных СМИ.

 

- Не хотите для начала попробовать в своем регионе?

- А смысл? Я как к наружной рекламе отношусь... В Екатеринбурге 1,5 млн. жителей и только 200 человек – люди, которые принимают решение о покупке моей мебели (если идет речь об офисной мебели). Какой смысл мне шуметь по телевизору, вешаться на наружке, чтобы воздействовать на этих 200 человек. Я лучше с этими людьми приеду, лично встречусь и коньяка попью.

 

-  Вы, наверное, проводили маркетинговые исследования, измеряли свои доли-проценты на мебельном рынке? Как вы оцениваете свое положение по отношению к конкурентам?

- Все это очень сложно считается, есть куча предположений. Точные цифры не могу назвать, потому что их просто нет ни у кого. Но по моим прикидкам и по оценкам нашего отдела маркетинга, мы забираем на Урале 5-6 %% рынка. О таких же цифрах применительно к себе говорил местный филиал «Феликса». Но все это очень абстрактно. У нас нет никакой статистики. Мы об этом давно мечтаем. Это не то чтобы модно, это нужно для планирования – понимать в какую сторону смотреть, развиваться, видеть куда растет рынок и как растет, какие есть потребности. Но посчитать это сложно. Я вот учусь на MBA в УСИБе. Как-то мы на занятиях по маркетингу высчитывали доли рынка пельменей. Вот это красота! Посчитал количество жителей в Екатеринбурге, прикинул, кто сколько пельменей может теоретически сесть, - вот тебе объем рынка. Посчитал, сколько ты продал, вот твоя доля. А у нас как это все посчитать? Никаких сводных данных нет. Еще каким-то образом можно посчитать муниципальные, бюджетные заказы, там какая-то статистика есть, хотя и она не очень корректная. Например, мы знаем, что выделено на обустройство школы 2 млн. руб., но не ясно сколько из них пойдет на новые учебники, оборудование, а сколько на мебель. Что же касается заказов от представителей крупного бизнеса. Где взять данные, сколько «Газпром» или «УГМК» в этом году потратили на мебель? А эти суммы сопоставимы с бюджетными заказами.

 

-  Обычно мебельщиков относят к малому бизнесу. Вы же не малый бизнес?

- Мы ближе к среднему бизнесу. По параметру оборота, по количеству сотрудников. Но таких как мы не так много. На Урале нас – 3-4 компании. Можно взять для примера нас, «Карат-Е», «Мир Офис Проект», «Альтерну». Эти компании можно причислять к среднему бизнесу. При этом есть еще штук 500 товарищей, которые помельче, что-то делают на заказ, пилят. Их никто особо не считает.

 

-  Можно сказать, что мебельный рынок растет?

- Да, он растет однозначно. Смотрите сколько торговых, бизнес центров настроили. Бюджетники зашевелились. Года полтора назад садикам начали давать бюджетные деньги на переоборудование. Я надеюсь, что в ближайшие 4-5 лет объемы финансирования в ДОУ не уменьшатся. Говорят, что мебельный рынок растет процентов на 15 в год, но по моим оценкам, рост даже больше – 20-30% в год. Особенно в крупных мегаполисах. И о насыщении рынка пока рано говорить. Посмотрите, что происходит на рынке бытовой техники. У них идут интересные войнушки, потому что все наелись микроволновками, холодильниками…

 

- Вы же тоже когда-то к этому придете?

- Вряд ли. Среднеобеспеченный человек покупает холодильник лет на 10. А покупая обычную оперативную мебель (не кабинет за 10-20 тыс. долларов), человек рассчитывает, что она простоит 3-4 года, а потом начнет изнашиваться, ломаться, морально устаревать. Нам сегодня 8,5 лет, и 3-4 года назад к нам пришел достаточно большой пул старых клиентов, чтобы поменять ту мебель, которую купили в 2000 году. В мебельном рынке оборачиваемость больше. Это почти как с пельменями. Что, люди перестанут меньше есть пельмени или перестанут пользоваться офисной мебелью? Что же касается того, что у нас нет мебельного рынка. Может быть, это один из тех рынков, которые сегодня не ярко сформированы.

 

- На что вы делаете основной акцент в продажах, на бюджетные заказы и тендеры в крупных компаниях?

- У нас есть три основных направления. Это бюджетники, начиная от школ и садиков, заканчивая силовыми ведомостями (милиция, налоговые и т.п.). Это простая, недорогая мебель. Второй пул клиентов – крупный бизнес, холдинговые структуры – УГМК, ТНК, Уралмаш, Уралтрансмаш. Там чем дальше, тем больше акцент делается на что-то хорошее – в том смысле, что «имиджевое». Уже не лишь бы за 3 копейки и «что попало». Сейчас в этой сфере все серьезно. Очень к месту пришлась наша новая тема – мы в прошлом году внедрили ИСО. Сейчас пошли первые сделки, когда компании предпочитают работать с нами, потому что мы тоже ИСО-шные. Сертификат системы менеджмента качества довольно жестко диктует, чтобы твои поставщики, партнеры, контрагенты тоже были на уровне. Этот пул клиентов у нас занимает 50-60% в объеме продаж. И есть еще третий пул, - это различного рода посредники, дилеры, дистрибьюторы, мы последние годы начали особенно обращать на них внимание. Получается очень устойчивая система. Я уже не раз в интервью комментировал, мне говорят, вот, мол, мебельный рынок, жесткая конкуренция, производителей как грязи, мебель не пилит только ленивый… На самом деле сегодня почти нет конкуренции. Мы не бьемся в СМИ, у нас нет каких-то черных статей, заказных проверок. Мы этого не ощущаем. Может, потому что мы стараемся мебель поинтереснее предлагать, потому что сертификат менеджмента качества соответствует стандартам крупных компаний, в последнее время появляется имиджевая реклама.

 

Голубые мечты и прожекты 

 

- Интересна ваша позиция по проектам региональных мебельных центров, мебельных улиц, мебельных промышленных парков, почему вы нигде не участвуете?

- Было бы очень интересно, если бы все это построили. Ту же «Эму» можно привести в пример. Классный большой магазин, можно прийти, посмотреть и сразу все купить. Если бы появился такой центр для наших уральских товарищей, был бы он в совместной собственности, то почему бы и нет. Это интересно. У господина Новомейского (президент НП "Мебельщики Урала") сейчас последняя идея – строительство промышленного мебельного парка. Тоже интересно. Он меня приглашал, но я посчитал, что ехать куда-то на Химмаш мне не интересно. Если построят - хорошо будет. Для ребят, которые будут там участвовать - выйдет какая-то экономия, если они договорятся с властями и им достанется не за бешенные деньги и если удастся в складчину построить. Что в этом плохого-то. Я помню, как на аренде тяжело живется. Мне это не интересно, потому что у нас в собственности производственная площадка в Верхней Пышме, мы ее много лет назад купили. Кроме того, у меня вообще есть голубая мечта построить здесь настоящий завод. У нас при кажущемся огромном количестве мебельщиков в России и на Урале, нет настоящих  заводов, таких которые, я например, в Италии видел. Четко представляю, как все там должно выглядеть.

 

- Как представляете себе завод?

- Я представляю себе район объездной дороги, где-нибудь рядом с Екатеринбургом. Заводик будет такой маленький, компактный. Бывали, наверное, в Европе. Помните, когда выезжаешь за пределы города, у них идут районы технопарков, где размещаются производственных площадки всех мировых брендов, такие миниатюрные, аккуратные заводики, 100 на 100 квадратных метров, небольшой корпус, впереди маленькое заводоуправление. Я себе примерно так и представляю. Небольшой офис спереди, сзади производственные площадочки. Все маленькое, компактное, чистенькое, с цветочками, клумбочками, деревьями. Все красиво. Удобная развязка.

 

-  Поэтому у вас и офис в Екатеринбурге рядом с Пышмой? Это удобно?

-  Когда мы покупали этот офис (находится на пр. Космонавтов – на выезде из Екатеринбурга – от ред.), очень долго сомневались. Четыре года компания «Евро-Офис-2000» просидела в самом центре, на Хомякова. Там был съемный офис. И когда подвернулся вариант приобрести в собственность офис на Космонавтов, мы заинтересовались. И производство рядом, и сам я живу здесь рядышком на Балтыме. Но как-то смущало, что будет неудобно клиентам, персоналу, и потом вроде как не центр, пострадает имидж.… Потом проанализировав все, рискнули. Сейчас я не жалею ни секунды. С персоналом вопросов нет. Людей, живущих на Уралмаше-Эльмаше огромное количество, людям сейчас тоже не охота ездить в центр собирать все пробки. Клиенты вообще ничего не поняли, потому что у нас все продажи идут в основном по телефону, к нам обыватель не ходит. А все что связано с инфраструктурой – красота. У меня дорога до производства занимает 8 минут, до дома – 7 минут. Когда я еду куда-нибудь на учебу или по делам в центр, себя по головке глажу, какие мы молодцы, что купили офис именно здесь и нам не нужны все эти бизнес-центры. Где-то в журналах писали, что в обозримом будущем офисы, возможно,  будут сдвигаться на периферию. У меня еще другая мечта есть. В Екатеринбурге в ближайшее время настроят красивых бизнес-центров типа Стражей Урала, сверху появятся вертолетные площадки. Можно будет приехать на завод, поработать чуть-чуть, потом сесть на вертолет и улететь в центре города, там оборудовано что-то вроде бэк-офиса, сидят «продажники». Туда пришел, «пошугал» всех, поработал немножко, сходил на встречи и улетел домой.

 

- Уже пришло это время, думаете?

- Я недавно кому-то эту идею рассказал, надо мной тогда пошутили. А я говорю, чего вы шутите. Оно ведь будет, 100 процентов. Сейчас в думе лежать все эти законы о вертолетном транспорте, в Москве уже летают до МКАДа. Люди живут за 200 верст от Москвы, у них там красивые усадьбы, они на вертолетах долетают до МКАДа, там есть специальные вертолетные площадки, садятся на лимузины и едут в центр Москвы на работу. Совершенно нормально. И у нас это будет, а куда мы денемся. Вот я недавно видел, в районе Первоуральска появились ребята, у них там обучающий центр – учат летать на вертолетах и что-то продают. Молодцы. Во время. Я где-то шарился в интернете, сейчас вертолет стоит дешевле хорошей машины -  90-100 тыс. долларов. Тут нет ничего нереального.

 

«Если у тебя нет результата – ты не прав»

 

- Вы, сами как владелец бизнеса, еще не устали заниматься оперативным управлением?

- В последнее время, это происходит не так часто. Я занимаюсь, в основном, большими, серьезными вещами. Например, летал недавно вместе с министром промышленности в Казахстан на выставку. Езжу на встречи сам, когда с какими-то интересными личностями было бы полезно пообщаться. А так, текущими продажами, оперативным управлением я практически не занимаюсь.

 

- А что делаете?

- Больше какие-то стратегические вещи. Занимаюсь выбором направления, новых каких-то тем. К сожалению, не могу похвастаться, что полностью отошел от оперативного управления. Вы видите, ко мне заносят какие-то бумажки, я что-то подписываю. Видимо, потому что пока еще не созрел до того, чтобы полностью отойти от бизнеса. Если сильно захотеть, то можно взять какого-то управленца, поднатаскать его под себя. Понятно, что какое-то время придется следить… Сложно, наверно, взять человека, делегировать полномочия, и тебе раз в полгода будет что-то капать на карточку. Таких чудес, наверно, не бывает. Но можно, наверное, сделать так, чтобы приезжать раз в неделю, смотреть что твориться, читать отчеты, смотреть цифры.  Это можно сделать. Но мне пока так нравится. Мне нравится работать. Я учусь на управленца. Но придет, возможно, время когда захочу рыбу ловить, у пруда сидеть с удочкой, может быть уйду от управления. А пока мне тридцать лет, пока интересно вживую порулить.

 

- У вас на стене в кабинете написано, «если у тебя нет результата – ты не прав». Вы достигли своих результатов?

- Я к этим вещам по-разному отношусь. Что можно считать результатами? Да, есть хороший дом, есть бизнес с серьезным оборотом, есть еще другие бизнесы, есть какой-то достаток. Но важно, с кем себя сравнивать. Если сравнивать с директорами некоторых компаний, я на две головы их выше по многим параметрам. Но есть и другие люди. Я по одному из бизнесов очень много встречаюсь с людьми на УГМК. Там есть такие персоны, которые на пять голов выше меня. Тут важно, в какую сторону смотреть. 

 

- А куда вы смотрите?

- Когда я путешествую за границей, то спесь очень быстро сбивается. Тут мы такие крутые, деловые, а там…. У меня еще сохранились в памяти впечатления от Канн, был там недавно. Когда заходишь в магазин и смотришь там на ценники, понимаешь, что ты парень еще ничего в этой жизни не заработал. Смотришь, и тебе кажется, что это дорого. Нет предела для совершенства. У меня приятель есть. Ему когда звонишь и спрашиваешь, как жизнь, он говорит – удалась. Я ему говорю, везет тебе ты можешь с полной ответственностью сказать, что удалась, я в свои 30 с хвостиком лет пока так сказать не могу. Наверное, рано еще какие-то отметки ставить. Все идет туда, куда хочу, в нужном том направлении. Но если сказать себе, что вот я всего добился, у меня все есть – это самое плохое. Как только человек себе это сказал – все, можно ложиться и умирать. Наоборот, если есть куда стремиться, что-то делать, это двигает человека, позволяет жить полноценной жизнью.

 

- Может быть, уже пора стремиться во власть?

- Сегодня чего-то не хочу. Года два назад были такие мысли, но сейчас как-то не тянет. Думал, попробовать, сделать что-то полезное. Были такие мысли. Мне нравится, когда во власть приходят предприниматели типа Брозовского. Видно как при этом развиваются города, насколько лучше управляют люди, которые пришли из бизнеса. Я считаю, это здорово. Они не думают, где денег украсть, потому все работает. Я недавно был в Березовском, там чистенько, хорошо. У нас в Пышме, конечно лучше. Я всегда считал, что Пышма и Березовский чем-то похожи. Но, конечно, Пышма-то на пару шагов интереснее в плане развития, и в этом есть очень большая заслуга УГМК. Но мне очень понравилось в администрации Березовского, там настоящая деловая обстановка. Приходишь во многие другие администрации городов, районов – там болото, сидят непонятные дяденьки-тетеньки, бумажки с места на место перекладывают, куда ни сунься в кабинет, никто ничего не знает... Другое дело в Березовском, мы зашли в один кабинет, там человек очень четко «от» и «до» рассказал, как проходит процедура получения разрешений, с какой бумажкой куда идти, какую пошлину платить, с кем поговорить сначала, с кем потом. Нас записали на встречу и когда чиновника, с которым мы договаривались вызвали куда-то в правительство, позвонили заранее и перенесли визит. Когда в чиновники идут ребята типа Брозовского – это здорово. Но сам я пока не решился. Здесь отвечаешь только за себя, за своих людей. Если ты поленился, что-то не заработал, это твои проблемы. А там отвечаешь за более глобальные вещи. Если впрягся, то надо делать. Мне сейчас вот так по-настоящему лень вкалывать. Бывает даже, кто-то из сотрудников приболел, приходится вникать в какую-то текучку, с поставщиками общаться, еще с кем-то... По-честному - напрягает.

 

- Плакат про «результаты» у вас давно висит? Работает такой подход в жизни и бизнесе?

- Работает. Это не мое творчество, это Эрзяйкина. Уже года 3 висит. Есть у нас такой бизнес-тренер. Повесил для подчиненных и для себя тоже. Очень интересные вещи получаются. Если ты чего-то не достиг, то это только твоя вина. Если результата нет – ты не прав. Нельзя быть беременной на 99%, либо ты беременна, либо нет. Нельзя через пропасть перепрыгнуть на 99%. Хочется себя иногда пожалеть, оправдать как-то, можно найти миллион причин, где казалось бы обстоятельства оказались больше меня… И каждый раз смотришь на этот плакат, и он отрезвляет. Жена у меня тоже все эти вещи поддерживает. Мы с ней вместе работаем, она у меня главный бухгалтер. Иногда мы с ней так и разговариваем. Я ее спрашиваю, ты сделала то-то? Она мне говорит, да нет, я чего-то где-то ездила, Васи Иванова не оказалось на месте. Тут мы друг дружке говорим, ты сейчас это кому сказал или сказала? И заканчивается разговор фразой, да ладно, все понятно, сейчас позвоню, все решу.

 

- С сотрудниками получается?

- Ну не все так шоколадно. Это как в фильме «Москва слезам не верит». Там герой говорит, что-то я идеальный слишком получился, боюсь, что у вас в отношении меня сложится комплекс неполноценности… Да, мы много чего делаем. У нас в конференц-зале написаны фирменные стандарты, которым мы следуем, есть корпоративная газета, где мы транслируем свою позицию по ряду вопросов. Не все так идеально, как хочется. Нет этого правильного. Я  недавно вычитал в одной из книг. В бизнесе нет хорошо или плохо. В бизнесе есть целесообразно и не целесообразно. Иногда приходят ко мне подчиненные, спрашивают, мы вот так делаем – это правильно? Я говорю – «фиг его знает – правильно или неправильно. Давай посмотрим. Может, сейчас правильно, а потом пройдет полчаса, раздастся какой-то звонок, появится другая информация и окажется, что неправильно». Понятно, что ветер дует из тренингов, книг, умных вещей. И не все оно в жизни получается, как рассказывают умные «бизнес-консультанты», которые нас учат. Но в целом, оно работает. В разных бизнесах разный контекст, разные окраски. Но все равно, все зависит на 100% от меня. Если что-то не получилось, значит сам где-то недоделал, недодал, недодавил. Пришел домой, начал на кого-то злится, вот он такой нехороший, что-то не сделал, а я не него рассчитывал, а ведь это не он недоделал, а я недоделал. Только я – больше никто. По большому счету это здорово.

 

Кризис и жировой запас

 

- Финансовый кризис вас коснулся?

- Пока нет. Нам особо цены не поднимают, мы не поднимаем. У нас цены пока стабильные. Мы даже на них не обращаем внимание. С периодичностью раз в 4-5 месяцев печатаем новые прайсы, делаем небольшую корректировку. Подорожали все комплектующие, из чего мы мебель производим, подорожал транспорт, мы подняли цены на 1-1,5 процентов. С другой стороны, есть какое-то ощущение, что весь этот кризис просто так мимо не пройдет. Не бывает так, что везде лихорадит, а у нас все шоколадно. Хотя кто его знает? Каких-то особых мер, мы не принимаем. Стараюсь читать, что пишут в СМИ, нос по ветру держу. У бюджетников деньги пока никто не отбирает. Чтобы кто-то из крупного бизнеса нам заявил – ребята приостановите выполнение контрактов, у нас денег не хватает, такого тоже пока не было. С другой стороны, на нас это начало влиять с другой стороны. Недавно мы настроились купить два хороших станочка, летом подготовили дополнительные площади, подписали предварительно документы с немцами и практически без задней мысли сунулись за лизингом. Для нас это совершенно нормальная практика. Думали, сейчас отдадим миллионов пять, а потом еще десять распишем на пару лет. А нам говорят, все, в ближайшее время никаких выплат не будет. Даже не ждите. Мы решили пока затаиться, а там будем смотреть, либо живыми деньгами начнем инвестировать, либо переиграем, от части оборудования откажемся. У меня в конце года крупные гашения кредитов, я за них не вздрагиваю, у нас там все хорошо срастается, но я не хотел бы гасить все кредиты с концами, думал, как обычно закрыть и  заново перекредитоваться. А на фоне кризиса, надо сейчас думать, общаться с банками, смотреть какое у них видение. Может быть, стоит жировой запасик какой-то создать к концу года.

 
Внимание! Актуальную информацию о продукции и услугах смотрите на нашем новом сайте mebelkapital.ru